Евгения (shousha) wrote,
Евгения
shousha

Category:

Так, други, у меня есть мысль и я ее думаю... ;-)))

Мысль такая, собственно.
Пока я тут занимаюсь редактированием второй части творения и литредактированием журнала, надо бы дать вам что-нибудь почитать. А то ведь может получится, что я буду выкладывать в ЖЖ всяческий повседневный бред, чего мне, честно говоря, не хочется.
Напомню, что творение - мой первый опыт доведения собственного романа от начала до конца. Более того, я взялась за это дело, именно поняв, что в "мелких" формах имела успех, но "крупную" ни разу не довела до ума, хотя замыслов была тьмища адова, вагон и маленькая тележка, и кучки бисера перед свиньями.
Так вот, я к чему, собственно...
В общем, не кинуть ли вам начатый и оборванный в 1997 году роман? Постепенно, разумеется, тоже выбузгами.
Каждый читающий френд может отписаться в комментах - да или нет. Я выкладываю первую главу под катом.
Для меня лично в случае с этим романом без названия хохма в том, что фильм "Матрица" тогда только проходил, насколько мне известно, стадию вычитки сценария, а Лукьяненко еще только начал свою трилогию "Лабиринт отражений". Но это я узнала потом, гораздо позже. Идеи витают в воздухе, разумеется. "Если подсознание верит, что ты мертв, то ты мертв". Это еще Шекли сказал, в тысяча девятьсот шестьдесят забытом году.
Но меня эта идея задела. Пусть и не довела до конца дело, однако, хотелось бы поделиться с вами своими мыслями на эту тему.
Концовки романа не ждите. Спустя двенадцать лет я не допишу его хотя бы потому, что были уже "Матрица" и "Лабиринт отражений". Там все сказано.

...Тяжеленная дубовая дверь со скрипом отворилась, и на него пахнуло спертым воздухом подвала. Внутри была абсолютная темнота. Он зажег специально припасенный для такого случая факел и шагнул внутрь.
Здесь было небольшое помещение со множеством отходивших от него проходов. Некоторые скрывались за запертыми дверьми, железными или деревянными. Он не сомневался, что далеко не ко всем из них подойдут ключи, висевшие у него на поясе. А еще он знал, что в подвале есть и потайные ходы, которые откроются только при каком-нибудь действии. Может, если, аккуратно ступая, пройти по всем плитам пола, или потянуть за ржавые цепи, что свисают с потолка, или дернуть за непонятные рычаги, которые торчат из стены, эти потайные двери отворятся. А может, надо внятно и четко произнести какое-либо заклинание? У него в запасе их пять, но каждое можно использовать только единожды.
Но у него мало времени, и абсолютно неизвестно, что ждет впереди. Конечно, он имел полное право использовать заклинание "Отворись!", но где-то там, вероятно, находится другая, гораздо более важная дверь, и ее-то он открыть уже не сможет.
Постояв немного, он решил углубиться в ближайший из проемов в стене. Вниз вели ступеньки, местами покрытые чем-то скользким, что в мерцающем желтом свете факела могло сойти и за мерзкую тину-лишайник, и за полусвернувшуюся кровь. Лестница неожиданно заворачивала, и здесь он увидел готовый факел, закрепленный на стене. И первый скелет под ним.
Человека рубили долго и старательно. Ребра превращены в сплошные осколки, отрублена правая рука, и треснуло от удара основание черепа. Меч его, иззубренный и сломанный на конце, валялся тут же, недалеко от отрезанной кисти. И - никаких следов того, что существо, сотворившее это, само понесло хоть какие-нибудь потери.
Ему следует остерегаться. Трудно сказать, что тут произошло, но противник у его предшественника был очень внушительный - только сейчас он понял, рассматривая кости, еще не успевшие побелеть, что владелец их был роста весьма немалого. Раз тот, кто расхаживает здесь, сумел убить этого искателя приключений, то... То что делать здесь ему, с его весьма небольшим росточком, и слабосильному настолько, что ему отказались выдать двуручный меч?
Внезапно едва слышный свист заставил его резко повернуться назад. Огонь факела колыхнулся и почти погас от дуновения затхлого воздуха, но он успел увидеть тень с крыльями, мгновенно возникшую из мрака. Он выхватил короткий меч, и сразу почувствовал сильнейший толчок, прошедший через руку и отбросивший его тело прямо на лежавший скелет. Кости хрустнули, и одновременно на него сверху вылился поток омерзительной дряни, по запаху не сравнимой ни с чем. От тяжести тени, напоровшейся на меч, рука подломилась, и весьма ощутимый вес врага и объем подмяли его под себя. Он распластался на каменном полу, чувствуя, как обломки костей вгрызаются в его спину.
Лишь через несколько секунд ему удалось выпутаться из отвратительных склизких и кожистых складок-крыльев тени и вылезти из-под нее. Факел, который он уронил, упав, к счастью, не пострадал, и теперь освещал, валяясь на ступеньках, весьма впечатляющую картину.
Омерзительная тварь лежала, покрывая шлейфом крыльев скелет человека. Кожа ее была непонятного цвета, словно от долгой жизни в темноте ее черный цвет выцвел, износился, истрепался. И вся лестница вокруг, и он сам были покрыты темной кровью твари-тени, вонь от которой поразила его в первое мгновение. Правда, кровь эта быстро испарялась, от луж и его одежды поднимались струйки быстро развеивавшегося пара. Через минуту от кровищи не осталось и следа.
Надо быть осторожнее. И поторапливаться. Здесь могут быть еще такие твари. Главное ждало его впереди.
Он подумал, что, зажги он факел, укрепленный в стене, тот, под которым лежал скелет, встречи с тенью могло бы не произойти - она боится света, явно боится. Недаром сначала попыталась погасить факел. И есть вероятность, что остальные, кто попрятался сейчас в переходах и ждет минуты, чтобы напасть, тоже боятся света. Значит, надо зажигать все факелы по пути. По освещенному пространству вслед за ним твари подземелья не осмелятся пройти. В этом есть и другая выгода - если погаснет его факел, когда нападут спереди, можно отступить назад, туда, где свет.
Прекрасно. Он поднес свой факел к укрепленному в стене. Тот с шипением загорелся. Его смола капнула на труп твари, и сожженное место завоняло сильнее, чем кровь за несколько минут до этого. Ф-фу, надо отсюда уходить. Он повернулся и пошел по ступенькам вниз.
Очень скоро лестница стала винтовой. Воздух здесь был гораздо влажнее, и кое-где по ступенькам сочилась вода, неизвестно, откуда появляясь и куда исчезая. Когда он остановился зажечь очередной факел, который долго не разгорался, треща и плюясь капельками смолы, он почувствовал сквозь ткань брюк влажное прикосновение к ноге чуть повыше сапога. Он посмотрел вниз, и взору его предстала гадкая колышущаяся пенистая плесень, уже поглотившая полностью его правый сапог и подбиравшаяся к щиколотке левого. Она помахивала тонкими, длиной с палец, щупальцами-отростками над голенищем, охватывая ногу. "Разъест брюки!" - мелькнула мысль, - "А потом убьет ядом! Как же от нее отделаться?" Он затряс ногой. Пена держалась крепко. Тогда он ткнул мечом в шевелящуюся массу. Плесень не обратила на это ни малейшего внимания. Более того, кусочки плесени, оставшиеся на лезвии, мгновенно увеличились, срослись между собой и стали подбираться по мечу к руке. "Сволочь!" - заорал он в отчаянии. После схватки у реки, где он растратил все стрелы, оружия у него больше не было.
Спасительная идея пришла неожиданно. Размахивая мечом, он чуть не погасил факел, но покров плесени от прикосновения к огню с шипением и каким-то полувизгом-полусвистом съежился, потемнел и отвалился. Он с остервенением начал тыкать факелом в клубок вокруг его ног, не обращая внимания, что прожигает дыры в одежде. Через минуту с зеленовато-серой дрянью было покончено.
Через два пролета лестница вывела его в зал. Здесь было холодно и мокро, так мокро, что на волосах его немедленно начали конденсироваться капельки воды. Конца зала увидеть ему не удалось, конец терялся во мраке, хотя он зажег все три факела у входа. Потолка тоже не разглядеть. Похоже, что то, что показалось ему залом, было просто пещерой под землей, пещерой, над которой потрудились руки неведомых древних мастеров - вытесали вход и обложили его камнем, поставили шестиугольные точеные колонны, вымостили пол под ними. Дальше, на границе света и тьмы, мощение исчезало, превращаясь, насколько он мог видеть, в темный ровный неблестящий пол. Через него вдаль, кажется, вели две выложенные камнем тропинки, очень быстро теряющиеся в вековой тьме - это все, что ему удалось разглядеть.
Постояв у входа, он пошел к тропинкам. Каждый раз, подходя к колоннам, он зажигал факелы, отодвигая тьму. И скоро стало ясно, что ровный пол - это вода. Пол шел дальше с уклоном, и слой воды над ним становился все толще и толще. Вода была прозрачной, но не блестела. Ничто не нарушало ее покой, и было совершенно непонятно, почему - ведь все те ручейки, что он видел стекающими с лестницы, должны были попадать сюда. Дойдя до кромки, он встал на камни одной из тропинок. Теперь он видел, что тропинки эти были проложены почти от входа, но выделялись из общего мощения лишь узором брусчатки. Недалеко от края воды камни их начинали постепенно подниматься над уровнем пола.
Он двинулся в глубину пещеры. Где-то через минуту он понял, что перед ним подземное озеро: мощение под прозрачной водой обрывалось, и отвесная стена уходила вглубь. Как далеко - он не мог разглядеть. Видимо, стена эта и была настоящим берегом озера, которое сейчас разлилось гораздо шире. Колоссальные каменные столбы, которые теперь составляли друг за другом тропинку, уходили через озеро вдаль.
Подумав, он сделал несколько шагов дальше. Здесь другая тропинка, раньше параллельная его пути и расположенная так близко, что можно было перепрыгнуть с одной на другую, резко отворачивала в сторону, идя вдоль берега. Он решил не возвращаться и не прыгать, рискуя упасть в воду. Оставалось одно - идти вперед.
Шаги звонко отдавались в пустоте пещеры с большим запозданием и громким эхом. Поэтому ему казалось, что за ним кто-то идет. Он ежеминутно останавливался и оглядывался, но путь позади него был чист. Лишь вдалеке виднелся свет зажженных им факелов и берег с колоннами.
Впереди замаячила каменная площадка с невысокими бортами. Там он сможет немного отдохнуть. Времени было все меньше и меньше. Он решил больше не останавливаться, тратя минуты, и ускорил шаг. "Не поскользнуться бы только..." - мелькнула мысль.
Внезапно краем глаза он заметил какое-то движение и повернулся. Все тихо. Что это могло быть? Он наклонил факел к воде. Ничего не видно - темнота в глубине. Постояв секунду, он снова двинулся.
Но вот опять! Теперь он разглядел - легчайшая рябь на поверхности. И вновь ничего. Добежать до площадки?
Он сделал только два шага, и тут из глубины, вырывая невиданной мощью из рук и отбрасывая бесполезный меч, гася брызгами факел, поднялся невероятный водяной смерч, принимая очертания громадного человека. Из вертящегося столба выделились за сотые доли секунды руки-окорока, обняли его и поволокли на дно.
Tags: Воспоминания., Творчество.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments